50 лет БАМу: хотелось испытать себя

Всего-то и нужно было — решиться. А потом из восточного Казахстана махнуть в Амурскую область в маленький поселок Тындинский, чтобы стать частичкой истории большого проекта Байкало-Амурской магистрали, а короче БАМа. Именно так и сделал житель Искитима Василий Бородулин.

Василий Георгиевич всю жизнь работал шофером, начинал еще в Казахстане, где провел детство и юность, где женился и нянчил первую дочку. Там и услышал о начале строительства БАМа.

Первым уехал начальник отдела эксплуатации автобазы, где тогда трудился 32-летний Василий, за ним следом еще двое парней. Они-то и написали на родину: устроились, работы много, платят хорошо.

Тогда и Василий Бородулин решился. Говорит, хотелось испытать себя, да и материальное положение семьи поправить. В 1975 году он приехал в маленький поселок Тындинский, который очень скоро стал городом Тында и был провозглашен «Столицей БАМа».

Василий Георгиевич был в числе первых на месте будущей Тынды. Тогда здесь, в стороне от маленького поселка, стояли четыре строительных вагончика, их называли «восьмерками», то есть на 8 человек, и один щитовой барак.

Вход располагался посредине вагончика, где стоял котел, в обе стороны от него были маленькие помещения, напоминавшие обычное купе поезда. Мест часто не хватало и спали прямо на полу.

Зимой, а температура там опускалась до 50-52 градусов со знаком минус, котел топился дровами, угля не было, поэтому тепло в помещении было только пока он горел. Как все засыпали и дров подкинуть было некому, в вагончике начиналось резкое понижение температуры. Бывало такое, что ночью волосы примерзали к стенке «восьмерки». Уже позже поставили электрообогреватель, работавший от небольшой переносной электростанции. Легче стало только когда провели первую ЛЭП и электричества стало в избытке.

Летом в тайге была другая напасть — гнус. Слепни, оводы, мошка… Специальные мази от комаров часто не спасали. Приходилось ходить в плотной одежде и специальной шляпе с сеткой, какие делались для пчеловодов.

Фото triptonkosti.ru

Кушали первые БАМовцы в котлопункте, где было организовано что-то вроде столовой, а когда освоились, уже в магазине консервы покупали. Так и жили. Трудно? Да! Но царило такое воодушевление, такой энтузиазм, что на какие-то бытовые мелочи просто не обращали внимание.

Первые два месяца в Тынде будущие шофёры строили площадку для автопредприятия: рубили деревья, раскорчевывали территорию, отсыпали сначала скальной породой, потом гравием. Это было необходимо, ведь места там топкие, болотистые. Однажды на строительстве дороги от поселка Тындинского к будущей автобазе бульдозер провалился в одну из топей. Водитель выбрался, а машину не смогли вытащить. Месяца за три бульдозер полностью скрылся в этой зыби.

Как подготовили площадку построили контору, появился директор и главбух, а уж потом еще бокс для машин. Строили быстро из каркасных щитов. Тогда уж и машины пришли, в основном, все импортные.

Василию достался бортовой «Магирус» из ФРГ грузоподъемностью в 16 тонн. Мощная машина, но прежде чем садиться за руль пришлось переучиваться — управление было совсем другим. На этой технике пришлось работать многие годы. Возил грузы в Сковородино и Невер на восток и на север до Нерюнгри. В последнем шла добыча угля. Как начал туда гонять, отвозить груз, в обратный путь грузился углем. Эти рейсы помогали пережить морозы.

Зимой основная задача была по «зимнику» доставить стройматериалы, технику и другие грузы к месту строительства очередной станции на железной дороге. Летом по бездорожью было просто не проехать — сплошные болота, вот и нужно было успевать зимой. А с первым теплом уже шли укладчики, строители и километр за километром строили дорогу. Кувыкта, Хорогочи, Ларба, Лопча, Чирчи…

Поселок рос, развивался, появлялось все больше и больше вагончиков, мужики стали привозить жен. Семьям отдавали все купе, остальных расселяли по другим «восьмеркам». Василий Георгиевич вспоминает, возвращаешься поздно из рейса, а в вагончике уже мест нет, говорят, топай, ночуй в машине. Бывало и такое.

Уже через год после приезда в Тынду Василий перевез к себе и свою семью: жену Галину и маленькую дочку Татьяну. И им также дали отдельное «купе». Но прежде Василий набрал досок на пилораме, обшил вагончик и утеплил полы, построил кирпичную печку.

Дочку укладывали на верхнюю полку, сами — на нижних. Но четвертая полка практически никогда не пустовала. Сначала к ним приехала сестра Василия, затем племянница. Они довольно быстро нашли работу — на БАМе строилась вся инфраструктура и нужны были специалисты различных профессий.

Много интересных, а порой и страшных историй пришлось пережить. Два раза столкнулся с «хозяином тайги». Однажды ехал на своем «Магирусе» и прямо перед машиной вышла медведица, встала на задние лапы, передние вскинула, словно пытаясь его остановить. Что делать? Остановился, подождал какое-то время, потом решил потихоньку продвигаться вперед, но в это время из кустов вышел медвежонок, перебежал дорогу, а следом за ним — еще один. Тогда и медведица ушла с проезжей части вслед за малышами.

Второй раз было страшнее — ехал с другом на отдых на «Ниве», когда на них вышел огромный медведь. Василий понял: остановится, медведь на них кинется и, скорее всего, машину помнет. А до города 100 километров, не пешком же потом возвращаться? Потихоньку двинулся на зверя, а он — не уходит. Когда метра два до медведя оставалось, он посторонился и машину пропустил.

А однажды на «Магирусе» чуть не утонул. Тогда переправлялись вброд колонной автомашин через небольшую речушку. Вроде бы мелко. «Урал» прошел, а «Магирус» чуть съехал, его подхватил поток и начал все больше утаскивать на глубину. Василий Георгиевич выбрался на верх кабины, вцепился руками за края да так и застыл. Плавать он не умел, так что и пробовать не стал, хотя до берега было всего четыре метра. Повезло, что водитель «Урала» был хорошим пловцом: схватил трос и ушел под воду, как-то сумел зацепить «Магирус» и уже лебедкой машину начали вытаскивать. Позже мужики шутили: со стороны казалось, что Василий сидит на воде, ведь от грузовика на поверхности ничего не осталось.

Строительство БАМа шло быстрыми темпами, и уже в 1979 году первый поезд из Тынды отправился в Москву, а в 1984 году по маршруту Тында — Москва отправился скорый пассажирский поезд.

Фото triptonkosti.ru

На тот момент Василий Георгиевич перешел работать уже на железную дорогу. Сначала был кондуктором, потом приемо-сдатчиком. А в 1989 году случилась беда — инсульт, в результате которого мужчина оказался нетрудоспособным.

В 1984 году в городе состоялся слёт Всесоюзных ударных комсомольских отрядов (СВУКО), была начата застройка нового микрорайона девятиэтажными домами, а в 1986 году в эксплуатацию были сданы четыре шестнадцатиэтажных жилых дома. В одном из них квартиру получил Василий Бородулин с семьей.

В 90-х годах Василий георгиевич получил субсидию, правда в сумме только 70% от положенной — не был выработан стаж. Он купил квартиру в Подмосковье, а на тындинскую его заставили написать дарственную в пользу администрации города. Позже только узнал, что возвращать нужно было муниципальное жилье, а если в собственности — нет.

Такое условие ставилось многим. Кое-кому удавалось опротестовать в суде дарственную, но Василий Георгиевич опоздал по срокам, так и оставил квартиру.

В Орехово-Зуево супруги Бородулины прожили недолго. Жена спустя какое-то время заскучала по дочерям. Поехали обратно в Тынду, а в 2007 квартиру в Подмосковье продали и переехали в Искитим, рядом жилье купили и их две дочери. Супруга Василия Георгиевича ушла из жизни, но дочери отца часто навещают, собираются и вспоминают БАМовское прошлое, которое стало частичкой большой истории страны.

Ранее мы писали: